Чиппер Джонс вырос, боготворя Микки Мэнтла, что немного странно, если задуматься. Джонс на пять лет моложе меня, а я слишком молод, чтобы видеть игру Мэнтла даже в самом конце его карьеры. Но, как вы, наверное, уже догадались, Джонсу не требовалось видеть игру Мэнтла, чтобы понять её.
Его отец Ларри-старший видел, как играл Мэнтл. И этого было достаточно.
Отцы и сыновья. Это источник множества бейсбольных историй.
Шаг 1. Придумать имя
Если вы хотите вырастить легендарного бейсболиста, очевидно, что начинать нужно с имени, хорошего имени, имени бейсболиста. Матт Мэнтл задолго до рождения сына знал, что назовёт его Микки, в честь выдающегося кэтчера той эпохи Микки Кокрана. Вероятно, Матт не знал, что на самом деле Микки Кокрана звали Гордон Стэнли Кокран. Его звали Микки по забавной причине — соседи по Бриджуотеру в Массачусетсе называли его так, чтобы подчеркнуть его вероятно ирландское происхождение. Это становится ещё менее логичным, когда узнаёшь, что Кокран был шотландцем.
Никто из тех, кто хорошо знал Кокрана, не называл его Микки.
Но Матт Мэнтл об этом не знал и не переживал по этому поводу. Его любимого игрока звали Микки, а в сочетании с фамилией Мэнтл это было просто бомбически.
Микки Мэнтл! Звучит, как сам бейсбол.
Если сравнивать с бейсбольным супергероем Микки Мэнтлом, у Ларри Джонса была проблема. Он дал сыну собственное имя, Ларри Уэйн Джонс—младший, и, будем честны: трудно придумать менее вдохновляющее или уникальное имя, чем Ларри Джонс. Отец очень переживал по этому поводу.
Но иногда ответ подсказывает сама судьба. Менее чем через неделю после рождения Ларри-младшего, к ним домой заглянула двоюродная бабушка Долли. Первым, что она сказала, было: «Ну и ну, весь в отца!» (на английском это звучало как «chip off the old block» — прим. пер.).
Чип превратился в Чиппера. И имя Чиппер Джонс звучало уже совсем по-другому. Ларри-старший снова и снова говорил сыну о том, что людям, вероятно, сложно будет запомнить игрока по имени Ларри Джонс.
Но, по его словам, они никогда не забудут Чиппера Джонса.
Шаг 2. Научить его бить с обеих сторон
Рассказы о том, что многих великих игроков — Мэнтла, Джонса, Пита Роуза, Марлу Хуч — бить с обеих сторон в детстве научили отцы, давно превратились в клише. Но эта идея на самом деле принадлежала Матту Мэнтлу.
Возможно, вы не знаете, но Матт Мэнтл не только хотел, чтобы Микки бил с обеих сторон. Он также хотел, чтобы сын научился бросать обеими руками. Идея прожила недолго, к восьми годам Микки настолько надоело бросать мяч левой, что он умолял отца разрешить ему перестать это делать. Отец и сын заключили договор. Матт соглашался перестать заставлять его бросать левой, если Микки пообещает, что никогда в жизни не будет отбивать справа против питчеров-правшей.
* В своей карьере в Главной лиге бейсбола Мэнтл всего дважды нарушил это обещание. По его словам, только для того, чтобы посмотреть, каково это. Обе попытки были неудачными.
Каждый день, после долгих и трудных часов работы в шахте, Матт Мэнтл возвращался домой и учил сына отбивать. Матт бросал правой рукой. Отец Матта, Чарльз, подавал левой. Эти занятия не были развлечением. Микки готовился стать отбивающим, каких история бейсбола ещё не знала.
Да, это была новаторская идея. До Мэнтла в лиге не было ни одного игрока, одинаково эффективно бившего с обеих сторон бокса. Ближе всех к этому, пожалуй, был Роджер Коннор, игравший в 1880-х годах, когда 16 хоумранов было достаточно, чтобы стать лучшим в лиге. Во времена Матта и Микки классным бьющим был Фрэнки Фриш, который мог отправить мяч в любую точку поля. В одном из сезонов лидером лиги по хоумранам стал Риппер Коллинз, бивший с обеих сторон. Но он даже не пытался что-то всерьёз противопоставить левшам — из его 94 хоумранов 87 были выбиты с правой стороны.
Насколько иным был Микки? К моменту завершения им карьеры в десяти сезонах свитч-хиттер выбивал не менее 30 хоумранов. Во всех десяти случаях им был Мэнтл.
Ларри-старший видел в Чиппере то же, что и Матт видел в Микки — по сути, он хотел, чтобы его сын стал новым Мэнтлом. И это желание было искренним. Ларри присутствовал на трибунах стадиона в Балтиморе в один из дней, когда он выбил там хоум-ран. Но тот удар был особенным, потому что мяч пролетел прямо над его головой, и то, что он увидел мяч так близко, каким-то образом связало его с Микки. У него была мечта. Он хорошо играл в школе, неплохо проявлял себя в колледже, и даже получил приглашение на просмотр от «Кабс».
Но к тому моменту Ларри-старший уже знал, что не станет Микки Мэнтлом. Вместо этого он стал учителем и тренером школьной команды, купившим подписанную Мэнтлом биту и хранившим её как источник вдохновения.
Ещё до рождения Чиппера Ларри-старший знал, что его сын будет свитч-хиттером как Мик.
И, к его радости, Чиппер хотел этого столь же сильно, как и его отец. В нём не было ни капли бунтарства Микки. Ему с самого начала понравился этот вызов. Он пытался приучить себя чистить зубы левой рукой, бросать мяч левой рукой, даже писать своё имя левой рукой.
А по субботам, после того как на NBC заканчивалась «Игра недели», Ларри и Чиппер шли на задний двор, где переигрывали матчи. Чиппер отбивал мяч с той же стороны, что и игрок, которого он изображал. Спустя годы в своей книге «Бейсболист» он рассказывал, что всё ещё точно помнит все стойки, которые он использовал, изображая игроков своих любимых «Доджерс».
Он начинал как правша Дэйви Лопес. Держал биту низко и крепко как Стив Гарви. Высоко поднимал её, направляя в небо, словно Дасти Бейкер. Но особенно ему нравилось отбивать в роли одного из левшей — Кенни Ландро, Франклина Стаббза или Майка Соуши. И, конечно, Чиппер обожал отбивать с обеих сторон как Реджи Смит.
Чем больших успехов добивался Чиппер, тем больше Ларри мечтал.
«В своё время никто не бил так, как Мэнтл», — говорил он репортёрам. — «Я думал, что это очень круто. И я хотел, чтобы так же было и с Чиппером».
Шаг 3. Покажи ему, что любовь может быть с кулаками
В 1948 году Микки Мэнтл играл за полупрофессиональную команду «Бакстер-Спрингс Уиз Кидз». В то время он ещё учился в старшей школе, и его возможности как спортсмена казались неограниченными. Играя за «Уиз Кидз» питчером он провёл две игры с одним пропущенным хитом и был лидером лиги по количеству сделанных страйкаутов. А спустя несколько недель он сделал четыре тачдауна в игре за школьную команду «Коммерс Тайгерс» — выносом на 70, 45 и 20 ярдов, а также 80-ярдовый на приёме. Вскоре после этого он стал звездой баскетбольной команды «Тайгерс».
Однажды, играя за «Уиз Кидз», он выбил три роскошных хоумрана против команды из Колумбуса, что в Оклахоме. Питчером был парень по имени Тед Аткинсон — я полагаю, что это тот Тед Аткинсон, который затем провёл несколько сезонов в младших лигах, но наверняка сказать трудно.
* Одна из хитроумных проблем, с которой сталкиваешься, изучая историю, это распространённые имена. Можно подумать, что Тед Аткинсон к ним не относится, но точно так же звали одного из величайших жокеев в истории Америки.
Эти три хоумрана были настолько дальними и впечатляющими, что сразу же после игры по трибунам пустили шляпу, собрав в итоге около 50 долларов. Их отдали Микки в знак благодарности. Это было столько же, сколько Матт Мэнтл мог заработать в шахте за неделю.
Матта спросили, что он думает по поводу невероятного выступления его сына.
«Он мог бы выступить и лучше», — ответил Матт.
Когда Чипперу было семь лет, отец бросал ему теннисные мячи. В то время у него была дурная привычка отбивать мячи в сторону шортстопа, когда он выходил в левый бокс. Это называлось «наступить в ведро», и Ларри считал это губительным. Он неоднократно говорил сыну: «Шагни на меня! Шагни на меня!»
Но тот никак не мог это сделать. Чиппер продолжал выбивать мячи под аут, пока Ларри наконец не сказал сыну: «Послушай, я не собираюсь бросать мяч в тебя. Я никогда себе этого не позволю».
Чиппер кивнул и шагнул в бокс, чтобы попробовать ещё. Отец тут же бросил следующий теннисный мяч прямо ему в лицо, выбив молочный зуб. Сын заревел, а мать вышла во двор и стала кричать на мужа: «Что с тобой такое?!»
Ларри был смущён — он даже сказал жене, что переживает, что Чиппер больше не захочет отбивать мяч. Но на следующий день тот снова был в бэттерском боксе. И он больше никогда не наступал в ведро.
Насколько я могу судить, Чиппер Джонс был одним из трёх игроков, которых выбрали на драфте под первым номером вместо более раскрученного таланта из-за места жительства. Он вырос в Джэксонвилле во Флориде, всего в пяти часах езды к югу от Атланты, и его взяли раньше, чем считавшегося суперталантливым Тодда ван Поппела (который в итоге оказался четырнадцатым, потому что он и его малоизвестный тогда агент Скотт Борас просили рекордный бонус). Всё получилось как нельзя лучше.
В 2001 году «Миннесота Твинс» выбрала кэтчера Джо Мауэра из Сент-Пола вместо Марка Прайора. Это тоже сработало удачно.
А в 2004 году «Сан-Диего Падрес» предпочли местного парня Мэтта Буша Джастину Верландеру. Что же, два из трёх не так уж и плохо.
Матт Мэнтл боготворил Микки Кокрана. Микки Мэнтл боготворил своего отца. Ларри Уэйн Джонс—старший боготворил Микки Мэнтла. Чиппер Джонс боготворил своего отца. Вот такая бейсбольная цепи. Чиппер Джонс понимал своё место в круговороте жизни столько, сколько себя помнит.
Юный Чиппер, в отличие от Микки, выделялся атлетичным телосложением. Он не умел так бегать, но всё равно делал это хорошо, был крупнее и бил сильнее. Оба начинали профессиональную карьеру в качестве шортстопов, и оба были переведены на другие позиции из-за нестабильной игры в защите (в своём первом полном сезоне в младших лигах Чиппер сделал 56 ошибок).
Оба считались феноменами ещё до того, как впервые вышли отбивать на самом высоком уровне.
Как и у Микки, Чиппер перенёс раннюю травму, отбросившую его карьеру назад. Весной 1994 года он приехал на тренировки «Брэйвз» как претендент на титул лучшему новичку. В подготовительных матчах он рвал и метал, отбивая с результатом 37,5 % и выбив три хоум-рана. Затем, 18 марта в игре с «Янкис», он пытался увернуться от ловушки соперника и порвал крестообразные связки колена. Это стоило ему целого сезона.
Как оказалось, это был не так уж и плохо. Это был сезон забастовки. А потом, в 1995 году, владельцы клубов некоторое время пытались использовать штрейкбрехеров, и День открытия состоялся только в конце апреля. Чиппер был в составе «Атланты» на эту игру, он выбил два хита и заработал три рана. И хотя зрителей из-за забастовки было меньше (всего 24091 человек), для него имело значение только то, что его отец был на трибунах и видел его игру.
Всё было просто волшебно. Чиппер выбил 23 хоумрана и стал вторым в голосовании, определявшем лучшего новичка Национальной лиги, уступив только потрясающему Хидэо Номо. Затем в играх плей-офф его практически невозможно было остановить, а команда принесла городу первую в истории победу в Мировой серии.
На следующий год он отбивал с результатом 30,9 % с 30 хоумранами, 114 ранами, 110 RBI, и стал четвёртым в борьбе за звание MVP. Голоса в этой гонке он получал в течение каждого из следующих семи сезонов.
Пик карьеры Чиппера пришёлся на период с 1998 по 2002 год, и самое удивительное в этих сезонах — то, насколько они похожи. Он стал MVP в 1999 году, когда бил с показателем 31,9 %, выбив 45 хоум-ранов, набрав 110 RBI и 116 ранов.
Но это не сильно отличалось от 2001 года — 33,0 %, 38 хоум-ранов, 102 RBI и 113 ранов.
Все пять сезонов были практически одинаковыми. Его эффективность на бите находилась в диапазоне от 31,1 % до 33,0 %. В каждом сезоне он набирал 100 RBI, во всех, кроме одного, он заработал 100 ранов. Его показатель OBP всегда составлял 40,0 %, показатель слаггинга превышал 50,0%, в среднем он крал по 15 баз в год. Его карьера напоминала метроном, так же играл Хэнк Аарон.
Вторая половина карьеры Джонса была более переменчивой. Как известно, средний показатель отбивания — это не лучшая метрика для анализа, но его колебания отлично показывают, как двигалась карьера Чиппера в дальнейшем. В 2004 году он заработал худшие в карьере 24,8 %, и казалось, что всё идёт на спад. Но с 2006 по 2008 год он показывал результат 32,4 %, 33,7 % и великолепные 36,4 %. В эти годы казалось, что ему по силам замахнуться и на 40,0 %.
А потом он ушёл в тень. В последние годы он пропускал много игр, ему приходилось выходить на поле через боль. В этом он тоже был очень похож на своего героя Микки Мэнтла.
Есть у них и ещё одна общая черта: Чиппер Джонс и Микки Мэнтл отличались невероятной дисциплиной на бите. Оба за карьеру заработали больше уоков, чем получили страйкаутов. Микки проходил на первую базу чаще Чиппера, но Чиппер получал меньше страйкаутов, чем Микки, так что в итоге всё сошлось.
И все эти уоки вероятно стоили Чипперу некоторых знаковых показателей, о которых часто говорят. Он выбил 468 хоум-ранов, но не добрался до 500. Он выбил 2726 хитов, но это не 3000. В большинстве статистических категорий он в среднем занимает 35 место в истории: общее число баз (33), даблы (32), хоум-раны (35), RBI (35).
Некоторые из этих показателей могли быть выше, если бы Чиппер играл менее дисциплинированно: по количеству уоков он был 15 в истории игры. Но тогда он не был бы таким хорошим игроком.
Ларри Уэйн Джонс—старший был единственным тренером по отбиванию, который был нужен его сыну. Они разговаривали после каждой игры, разбирали каждый эт-бэт, прорабатывали каждый спад.
Мой любимый показатель Чиппера Джонса лучшим образом описывает их отношения. Он единственный свитч-хиттер в истории, заработавший показатель отбивания 30,0 % с обеих сторон бокса.
Мэнтл отбивал 33,0 % справа, но только 28,1 % слева.
Фрэнки Фриш бил 32,6 % слева, но только 29,2 % справа.
Справа на уровне 30,0 % отбивали Берни Уильямс, Виктор Мартинес, Хосе Видро и Дэйв Холлинз.
Слева такой же результат показывали Роберто Аломар, Пит Роуз, Бип Робертс, Лэнс Беркман, Джерри Мамфри и Джонни Рэй.
Но только Чиппер Джонс заработал средний показатель отбивания 30,3 % слева и 30,4 % справа. Это иллюстрация к тому, каким перфекционистом был он, каким перфекционистом был его отец, что значили их отношения. «Ты всегда можешь стать лучше», — говорил Ларри своему сыну, что было более деликатным, но не менее эффективным вариантом реплики «Он мог бы выступить и лучше» Матта Мэнтла.
Отцы и сыновья. Вообще я забыл мою любимую историю про отца и сына… но в ней Чиппер Джонс выступает в роли отца. Возможно, вы знаете, что он назвал сына Шей, в частности, в честь Шей-стэдиум. На этом стадионе Чиппер был настоящим убийцей.
«Это мой стадион?» — спрашивал Шей у отца, когда они бывали в Нью-Йорке.
«Да, это он», — отвечал Чиппер.
И каждый раз, когда Чиппер оказывался в Нью-Йорке, кто-нибудь спрашивал, как поживает его сын Шей, и уточнял: «Вы действительно назвали его в честь стадиона, потому что так хорошо на нём отбивали?» И Чиппер загадочно улыбался.
Но вот что самое интересное. На закрытом в 2008 году Шей-стэдиум Чиппер Джонс отбивал с результатом 31,3 %. Это невероятные показатели для выездных игр в Нью-Йорке с его публикой.
Но знаете ли вы, что он делал до 2008 года?
Он бил с результатом 31,0 %. Почти таким же.
Когда он был здоров и молод, каждый стадион в лиге был для Чиппера Джонса таким же, как Шей-стэдиум.
